Примерное время чтения: 15 минут
352

Путь в Китай через Забайкалье. Постковидный виток сотрудничества

Китай, пусть и небольшими шагами, начал открываться для Забайкалья. С 8 января заработало пассажирское сообщение через МАПП Забайкальск. С 16 января на этом же пункте пропуска возобновилось оформление экспорта по грузовому направлению в Маньчжурию по докоронавирусным правилам – отправили 22,7 тонны лесоматериалов хвойных пород из Бурятии.

Новый виток отношений и изменившаяся за три года пандемии мировая политическая конъюктура требует от приграничного региона новых подходов во взаимодействии с КНР.

О том, почему Забайкалье является самым привлекательным регионом для сотрудничества с Китаем, как грамотно выстроить взаимодействие и что сделано уже сейчас, а также, когда забайкальские туристы смогут поехать в КНР – в интервью и.о. вице-премьера правительства региона, отвечающего за инвестиции и внешнеэкономические связи, Владимира Петракова.

Владимир Петраков
Владимир Петраков Фото: Правительство Забайкальского края

 

Большегрузы на МАППе и клетчатые баулы из Маньчжурии

Корреспондент chita.aif.ru Екатерина Горская: Владимир Александрович, как вам МАПП и организованная тут работа?

Владимир Петраков: Все знают о существующих на МАППе проблемах – очереди большегрузов, в том числе. Сейчас, конечно, организовано, нехорошо. Именно для этого мы сегодня сюда и приехали с представителями Минтранса России, Росгранстроя, чтобы уже в рамках нового закона, который был инициирован во многом со стороны правительства Забайкальского края, сделать так, чтобы работа МАППа стала комфортной для всех участников внешнеэкономической деятельности.

– Поможет ли новое законодательство исключить преступные схемы по продаже очереди?

– Однозначно поможет. Именно этому вопросу мы сегодня отдельно уделили достаточно много времени. То есть, какие механизмы защиты будут использованы разработчиками программного обеспечения для того, чтобы не было никаких махинаций – не забивалась очередь на несколько дней или недель вперёд так, что потом никто не сможет подъехать к границе, чтобы не смог, например, один и тот же человек «забить» очередь под разными машинами и так далее. То есть это целая серьёзная работа, которая коллегами проводится. Они сегодня проговаривали в деталях все возможные ситуации.

– Какие преобразования ждут пункт пропуска в Забайкальске?

– Это реконструкция «под ключ». Там достаточно большой перечень работ, который в итоге ведёт к увеличение пропускной способности МАПП. Например, расширение логистики внутри пункта пропуска – дополнительные полосы движения, увеличение зон досмотра.

То есть, если сейчас проходит шесть машин в одну сторону и шесть машин – в другую, то после реконструкции планируется до 12 автомобилей. Это совершенно другой объём и другие возможности обработки транспортных средств.

– Вопрос, который интересует, наверное, большую часть забайкальцев: почему мы до сих пор не можем поехать в Китай как раньше – без виз?

– Многие люди задают вопросы, потому что ситуация не до конца понятна. Хотелось бы немного подробнее её объяснить, что происходит на данный момент. Да, несмотря на то что сняты ограничения, мы все ожидаем именно начало проезда туристов, как это было раньше по спискам – то есть без виз.

Дело в том, что мы уже сформировали список туристических компаний, которые имеют право этим заниматься, подали его в Минэкономразвития России, а вы знаете, что сейчас функции Ростуризма переданы именно в это министерство – там создан специальный департамент. Все списки с нашей стороны поданы в срок, но китайские коллеги со своей стороны ещё их не представили. В неофициальных наших беседах они объясняют это тем, что за три года пандемии те сертификаты-разрешения, которые давались китайским туристическим компаниям, истекли. Сейчас они проходят некую процедуру реакреедитации. Говорят, что примерно в течение месяца данный процесс будет завершён.

– То есть уже ближе к лету забайкальцы смогут везти клетчатые баулы из Маньчжурии?

– Будем надеяться, что да.

Восточный коридор и что от него получат забайкальцы

– Если продолжать разговор о границе, это естественно, экономическое взаимодействие с Китаем. Какие уже есть планы в этом направлении?

– Сейчас базовый тренд – те порядка 130 млн тонн грузов, которые шли от нас на запад, развернулись и пошли на восток. Это тот факт, который мы имеем. Федеральное правительство очень много внимания уделяет этому вопросу. Огромное спасибо за ту помощь, которая они нам оказывают в реконструкции пунктов пропуска и расшивке тех узких мест, которые у нас есть.

Мы, региональное правительство, в свою очередь, разработали концепцию развития Восточного коридора через Забайкальский край. Туда входит целый ряд мер, которые мы предложили, они поддержаны федеральном правительством. Нам сейчас помогают их реализовывать это, в том числе, касается включения всех пунктов пропуска в список приоритетных, их реконструкция и капитальный ремонт. И много-многое другое – там достаточно серьёзный набор мероприятий, которые мы реализуем.

Помимо, этого надо сказать, что на данный момент Забайкальский край не полностью используют тот потенциал, который у него есть. То есть порядка 46% грузов, которые идут сухопутным путём из Китая в Россию, они проходят через Забайкальский край, а из них только 0,1% обрабатывается у нас. То есть грузы не сортируются – они, зачастую, заходят и большой партией идут в логистический хаб, который может находиться где-нибудь в Подмосковье. Там растаможиться, рассортироваться на мелкие партии и, например, если этот товар был заказан куда-нибудь в Читу, он обратным ходом также по Транссибу поедет обратно в Читу. Это совершенно неправильно, неэффективно – это двойные пробеги. Поэтому нами был предложен проект международной территории опережающего развития.

– Федерация готова в нас вкладываться, но что можем мы предложить, кроме своего привлекательного местоположения?

– Очень хороший вопрос, но я бы сначала ответил на другой: что получат обычные забайкальцы от всех этих проектов? Какой эффект окажет на них? Об этом в первую очередь надо подумать.

То, чего сейчас не хватает экономике края, – это драйверы роста. Если посмотреть структуру ВРП, мы увидим там две основных части – это транспорт, как раз логистика, то, что, по сути, даёт железная дорога, и горнорудка. При этом, вклад промышленности в ВРП – 3%. То есть необходимо создавать драйверы роста именно здесь на территории для того, чтобы росли реально располагаемые доходы населения, для того чтобы появлялась работа, для того чтобы люди не уезжали отсюда, а наоборот, приезжали сюда, хотели и могли здесь работать на таких интересных, я бы даже сказал инновационных, проектах.

Теперь то, что Забайкальский край может дать. Как вы, знаете наше богатство – это, действительно, с одной стороны, уникальное месторасположение, которое, пока ещё не на 100% эффективно используется, как я считаю, и это, по разным оценкам, от 10 до 15% природных полезных ископаемых России сосредоточены именно Забайкальском крае. Я очень надеюсь, что те инициативы, проекты, которыми сейчас занимается правительство региона с правительством России и всеми заинтересованными сторонами, реализуются достаточно быстро.

Это, например, реализация проекта «Сила Сибири 2». Я очень надеюсь на то, что как можно скорее придёт магистральный газ в Забайкальский край. И, конечно, это во многом даст толчок для развития, в том числе промышленности, потому что одна из проблем, которая существуют это, например, отсутствие технологий на угле по целому ряду производства. Никто не делает, потому что все перешли на газ или электричество, что достаточно дорого обходится для производственного процесса. Нужен газ. Это, конечно, тоже то, чего мы очень, ждём, и правительство Забайкальского края занимается этим вопросом. И тут, как вы понимаете, очень многое зависит от Газпрома, от наших федеральных коллег.

– Что ещё в части инфраструктуры нужно сделать в Забайкалье для того, чтобы все эти проекты заработали, а инвесторы захотели к нам приходить?

Конечно, нужно заниматься транспортной инфраструктурой. То есть вот мы сейчас с вами едем (беседа прошла на обратном пути из Забайкальска в Читу – прим. ред.) по дороге федерального значения, а, элементарно, разговаривать нормально невозможно – на кочках подпрыгиваем и голос срывается. Причём, это ещё считается хорошая трасса.

Кроме федеральных, у нас ещё достаточно много дорог регионального значения. Мы по протяжённости автомобильной сети на Дальнем Востоке являемся вторыми после Якутии. Внимание правительства края, конечно, к этому вопросу приковано – порядка 300 км в год ремонтируется – это достаточно много.

В том числе, нужно развивать туристическую инфраструктуру, которая фактически отсутствует в целых районах Забайкалья. Если мы говорим про привлечения в регион турпотока.

«Во что мы одеты – это в 90% случаев сделано в Китае»

– Вернёмся к международной территории опережающего развития. Что из себя представляет данный проект?

– В нём будет две составляющие. Это логистическая, которая как раз должна позволить решить проблему двойного пробега. Грузы из Китая будут проходить растаможку, обрабатываться и сортироваться в Забайкальском крае. С учетом нашего местоположения, это будет очень удобно. То есть дальше от нас грузы будут идти на Дальний Восток и в западную часть России. Мы для этого идеально расположены.

Вторая часть международной территории опережающего развития – производственная. Сейчас есть опасения, во многом у наших китайских коллег, по поводу вторичных санкций. Они очень аккуратны в поставке различного оборудования и прочих товаров в Россию. Ну, например, Сибирь и Дальний Восток являются крупнейшим в мире по ёмкости рынком горного специального оборудования. Сейчас были на МАППе, вы могли видеть там заезжающую своим ходом специальную технику. Это те образцы, которые раньше покупались в западных странах, а сейчас полностью происходит замена на китайский аналог. И, конечно, было бы правильно организовать производство подобной техники у нас здесь. Но, для того чтобы китайские коллеги не боялись это делать и могли сделать это эффективно, мы хотим предложить определённые специальные режимы, которые будут действовать на международной ТОР.

– Например?

– Первое – это конфиденциальность. То есть те, компании, которые будут организовывать бизнес, в том числе то производство, о котором я говорю, данные о бенефициарах этих компаний, о самих компаниях не будут публичными. Это позволит их защитить от вторичных санкций. Также серьёзно сейчас прорабатывается вопрос осуществления платежей, потому что, как вы знаете, во многом по ним можно проследить путь товара и участвующие стороны.

Кроме того, обсуждается определенный административный режим, который может действовать на международной ТОР. Он позволил бы иностранным производителям максимально быстро создавать производство по своим техническим регламентам и правилам и производить продукцию, которая полностью соответствовала нашим сертификационным требованием.

О чём я говорю. Ну вот то, во что мы одеты – это в 90% случаев сделано в Китае. Мы же это носим, то есть нормальные вещи. И почему, если они сделаны в Китае, на китайской фабрике, на китайском оборудовании, по китайским техническим регламентам, почему мы не можем в определённой территории сделать то же самое, опять же при условии чёткого соответствия всем нашим требованиям. Вопрос сертификации тоже рассматривается, но просто он достаточно сложный. Однако, мы сейчас совместно с федеральными коллегами прорабатываем возможности ускорения сертификации.

Ещё один момент – облегчить визовый режим, чтобы создать максимально комфортные условия для работы иностранных коллег – для самих сотрудников и членов их семей.

Стоит сказать, что каких-то особых налоговых льгот или таможенных на данный момент мы не предполагаем – уже есть специальные условия, которые действуют для территории опережающего развития. Мы считаем, что их достаточно, в том числе, потому что это история не про дополнительные монетарные преференции. Это именно другой административный режим.

– Стоит ли ждать от появления международной ТОР инноваций в части работы пунктов пропуска в Забайкалье?

– Мы вышли с инициативой к Андрею Рэмовичу Белоусову (первый вице-премьер правительства России – прим. ред.) по созданию конвейерных пунктов пропуска. То есть это пункты пропуска нового типа, которые пока нигде в мире не созданы. Есть конвейерные технологии, которые известны в горнорудной отрасли достаточно давно. Много реализованных проектов, но нету ни одного, который бы находился на границе между двумя государствами. Поэтому сейчас по указанию Андрея Рэмовича совместно с Минвостокразвития и другими задействованными федеральными ведомствами мы прорабатываем эти проекты и считаем, что есть большая перспектива в данном направлении.

Мы реально видим очень серьёзную поддержку на федеральном уровне и со стороны Минтранса России. И за это им огромное спасибо. Сегодня приезжал заместитель директора департамента развития пунктов пропуска министерства. Удалось проговорить очень много моментов, которые касаются наших пунктов пропуска. Это не только МАПП Забайкальск, это и железнодорожный пункт пропуска там же, и даже Соловьёвск (пункт пропуска в Борзинском районе Забайкалья на российско-монгольской границе – прим. ред.). Мне кажется, это очень важно в текущей ситуации. Мы должны с помощью коллег кардинально изменить ситуацию к лучшему.

Взгляд нового человека на старые проблемы Читы

– Вы уже 5 месяцев в Забайкальском крае, как вам?

– У меня очень интересная работа. То есть, это некий новый вызов для меня, потому что я никогда раньше не работал на госслужбе – есть очень много нюансов.

Забайкальский край и Чита мне нравятся, но не нравятся те проблемы, которые есть в городе. Например, смог, который не позволяет людям комфортно себя чувствовать, комфортно жить в этом городе. Как вы знаете, это связано, в первую очередь, с печным отоплением в частном сектора, который находится непосредственно в центре Читы.

Так же ряд других проблем, которые связаны с недостаточно развитым рынком недвижимости. Посмотрите, как выглядит сейчас Чита. Объективно, на месте частного сектора должны стоять многоквартирные красивые дома с очень серьёзным благоустройством, которые бы создавали комфортную среду для людей. Я очень надеюсь, что в ближайшее время, когда Александр Михайлович (губернатор Забайкальского края – прим. ред.) представит мастер-план развития Читы президенту России и он поддерживает ряд предлагаемых инициатив, это даст толчок к тому, чтобы читинцы, забайкальцы реально увидели изменения к лучшему в жизни.

– Вы гуляли по Чите?

– Да, конечно.

– Какие места вам понравились? Может быть есть любимые улицы?

– Я гулял в центре города – по улицам Бутина и Бабушкина. Очень красивый Казанский собор, например.

К сожалению, не очень комфортно это делать – гулять. Совершенно разные типы покрытия под ногами, причём, твёрдое чередуются совсем с отсутствием какого-либо покрытия, есть участки наледи. Это понятно, потому что с таким солнцем и минусовыми температурами при переходе через ноль сразу образуется наледь. Получается, что нужно быть внимательнее и постоянно смотреть под ноги. Конечно, хотелось бы, чтоб прогулка хотя бы по центру города проходила более комфортно.

– Вы, как новый человек, можете взглянуть свежим взглядом. Чего не хватает Чите?

– Экономики и производства. Это то, что действительно нужно. Тот же самый логистический бизнес во многом сдвинут в сторону Забайкальска. Именно бизнес-составляющая должна тянуть за собой все остальные сферы.

– Какой это может быть бизнес?

– Производство агропромышленного комплекса. Переработка должна иметь значительный вес. Сейчас не до конца опять же используется сельскохозяйственный потенциал Забайкалья. Если правильно помню, порядка 20% только. Это пашни, которые возделываются с советского времени. Это ненормально – их должно быть больше. А тем более плохо, что то, что сейчас производится во многом в продукте перового передела просто продаётся. Нужно развивать переработку и повышать переделы. Идти выше, выше и выше.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах