Примерное время чтения: 8 минут
1451

Отложенная «неотложка». Промедление врачей стоило ребенку из Читы рук и ног

Маленький Артем учится жить обычной жизнью.
Маленький Артем учится жить обычной жизнью. Из личного архива Татьяны Козлинской

В мае 2022 года Центральный районный суд Читы взыскал 2,75 млн рублей компенсации морального вреда в пользу семьи, в которой ребёнок по вине врачей частично потерял конечности. Трагическая история произошла в январе 2020 года.

Всё это время мама маленького Артёма изо всех сил борется за то, чтобы её ребенок жил обычной жизнью. О том, что случилось и с какими трудностями сталкивается семья сегодня, «АиФ-Забайкалье» рассказала его мама Татьяна Козлинская.

«Повода для паники нет»

Утро 5 января 2020 года было самым обычным для семьи. Внезапно Артём, которому на тот момент был 1 год и 4 месяца, почувствовал себя плохо. Татьяна заметила, что активный малыш прилёг на диван. Потрогала лоб — горячий, маму насторожил бросившийся в глаза синюшный оттенок кожи на ручках и ножках мальчика. Долго не раздумывая, она вызвала скорую. 

«Приехал врач, мужчина. Он особо не смотрел ребенка, не послушал дыхание. Просто выслушав мои жалобы, сказал, что это похоже на ОРВИ, что при высокой температуре посинение конечностей — вариант нормы, и повода для паники нет. Поставили литическую смесь (раствор для снижения температуры - ред.) и уехали», — вспоминает Татьяна.

К вечеру Артёму стало хуже. Температура не падала, руки и ноги синели всё больше. Вызвали скорую еще раз. 

«Приехала женщина, с порога стала на меня кричать: «Зачем вы нас дергаете по пустякам? У вас просто высокая температура, к вам уже приезжала скорая и поставили вам ОРВИ, у нас есть более сложные случаи». Я начала объяснять, что у сына синяя кожа, что он давно не ходил в туалет, что высокая температура не падает, что предыдущая бригада даже не проверила дыхание ребенка», — рассказывает Татьяна. 

Но врачи вновь заверили, что повода для паники нет, и посоветовали вызывать на следующий день участкового педиатра. 

Ночь была беспокойной: мальчик не спал, плакал, температура не падала. Утром Татьяна никак не могла дозвониться до поликлиники, чтобы вызвать педиатра. В этот момент она увидела, что ребёнок бледнел на глазах - его кожа становилась фиолетовой, как будто мраморной. Это очень сильно испугало маму, она вновь позвонила в скорую и начала собирать вещи в больницу.

«Бригада ехала долго, я звонила, просила побыстрее, мне по телефону посоветовали, какие лекарства дать, пока ждем скорую, — вспоминает Татьяна. — Когда же врачи приехали, они начали растирать конечности Артёму, пока я сама уже не предложила наконец ехать в больницу».

Ввели в искусственную кому

В Краевой инфекционной больнице мальчик и его мама оказались спустя почти сутки после первых признаков болезни. Как потом оказалось, это была менингококковая инфекция. Когда Артёма увидели врачи в стационаре, его незамедлительно поместили в реанимацию.

«У меня случилась истерика, вспоминал Татьяна. — Никто из врачей мне ничего не объяснил, потому что они, очевидно, и сами не сразу поняли, что с ним. Я в слезах подписывала документы на медицинские вмешательства. Врачи успокаивали меня, говорили, что возможно через несколько часов переведут Артёма в палату»

Но вскоре стало хуже. Мальчика ввели в искусственную кому.

«Меня только однажды пустили к нему — когда пришел священник, чтобы покрестить. Тогда я увидела, что ступни и пальчики на руках у него сильно опухли и почернели», - поделилась воспоминаниями читинка. 

С обширными некрозами конечностей 17 января Артёма перевели в Краевую детскую клиническую больницу. И снова реанимация, снова долгая разлука и постоянный страх потерять сына.

«За то время, пока Артём был в больницах, врачи собирали консилиумы, на одном из них нам тонко намекнули, что мы с мужем молодые и здоровые, родим себе еще детей, а у Артёма навсегда инвалидность, и часто родители передают таких детей в спецучреждения. Это было шоком для нас. Муж сразу резко ответил, что мы никогда сына не бросим», - рассказала мать мальчика. 

В детской клинической родителям сообщили, что ребёнку срочно нужна ампутация конечностей, иначе он может не выжить. Татьяна несмотря на крайнюю степень отчаяния решила бороться за сына до конца, просила врачей искать все возможные выходы. Тогда читинские доктора связались с клиникой Леонида Рошаля в Москве. И там согласились принять Артёма.

«В Москве нам наоборот сказали, что нужно ждать, пока появится четкая граница между живой и мёртвой тканью. Так мы в ожидании пролежали в клинике с конца января по апрель», - поделилась Татьяна. 

В итоге врачи смогли сохранить мальчику две трети голени и третью фалангу почти на на руках. Благодаря этому сегодня Артём самостоятельно держит предметы, кушает, рисует.

«Железные ноги»

В мае 2020 года семья вернулась в Читу. Началась длительная и сложная реабилитация. По словам мамы, Артём ещё после реанимации в Чите сильно потерял вес и вернулся в младенческое состояние: не мог держать голову, говорить, сидеть. Родители делали всё возможное, чтобы вернуть навыки прежде любознательному и активному малышу. Татьяна не оставляла этих попыток и в больнице в Москве.

Фото: Из личного архива Татьяны Козлинской

После всего перенесенного Артёму предстояло научиться заново ходить — уже на протезах. В Чите изготовление протезов затягивалось по непонятным для родителей причинам.

«Я поняла, что нужно срочно что-то делать, потому что если ребенок будет постоянно ползать и у него не будут разгибаться ноги, то коленные суставы «забьются» и будет тяжело восстановиться и начать ходить», — рассказала читинка.

Тогда семья вновь решилась на перелет в Москву. Там нашли клинику, которая пообещала изготовить протезы в короткий срок. Протезирование оплатил благотворительный фонд при клинике, и вскоре Артём начал учиться ходить по дому.

«Было очень сложно, со слезами на глазах и болью мы с ним ежедневно занимались ходьбой на протезах», — вспомнила мама.

Кроме того, оказалось, что протезы довольно быстро становятся малы. Если первые «железные ноги» Артём носил почти год, то из вторых он вырос уже через 3 месяца.

«Сейчас из-за обстановки в стране появилась нехватка некоторых деталей для протезов. Мы долго ждали, в итоге нам заменили их на другие, и сейчас Артём может ходить, но как скоро протезы вновь станут малы, и как долго мы будем ждать новые — неизвестно. Меня это очень беспокоит, потому что у сына сейчас активный период, он не может без протезов», - поделилась мать мальчика. 

Остались без ответа

Прошло 2 года после операции, и сегодня Артём благодаря стараниям мамы живёт обычной жизнью. Он ходит в детский сад, пинает мяч во дворе, катается на самокате и велосипеде. Татьяна делает всё возможное, чтобы малыш вливался в социум, дружил с другими детьми и рос жизнерадостным и активным ребёнком.

«Когда я смотрю на детской площадке, как все дети бегут куда-то, и мой сын хочет побежать с ними, но не может, потому что бегать на протезах очень тяжело, я каждый раз думаю, что этого всего могло бы не произойти. Я думаю, что врачам, которые вовремя не госпитализировали нас, всё сошло с рук. Ведь и компенсацию по решению суда будет выплачивать учреждение, а не они лично», - добавила жительница Читы. 

Сразу после произошедшего СУ СКР по Забайкальскому краю возбудило уголовное дело. В ходе разбирательств медработники заявили, что мать ребёнка сама отказывалась от госпитализации. Хотя почерковедческая экспертиза доказала, что подпись Татьяны на отказе от госпитализации поддельная. Подтвердил это и полиграф

«Врачи так и не признали своей вины. На очных ставках они стояли на своём, обвиняли меня», - рассказала Татьяна. 

Судебная экспертиза установила, что медпомощь Артёму оказали неправильно. Эксперты сошлись во мнении, что если бы мальчика сразу госпитализировали, то последствия для его здоровья были бы гораздо меньше. Поэтому судом и была назначена компенсация морального вреда ребёнку и членам его семьи.

Чтобы узнать позицию краевого Минздрава, «АиФ-Забайкалье» обратилась в ведомство, однако ответа на официальный запрос редакции в указанные законом сроки не пришло.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах